ВАТАНЫМ
Об обществе
Правление
История
Программы
ТАТАРСКИЙ МИР
О газете
Структура
Архив
Редсовет
ВОСТОЧНЫЙ СВЕТ
О журнале
Структура
Архив
Редсовет
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
ПАРТНЕРЫ
АВТОРЫ
ПОДПИСКА

ГДЕ НАЧИНАЕТСЯ ИННОВАЦИОННАЯ ЭКОНОМИКА

Когда вы оказываетесь в Испании, одно изображение сопровождает вас всюду, независимо от того, в какой её части вы находитесь. Это – научный комплекс Валенсии. Испанцы им очень гордятся. И есть чем. В комплекс входят здания научного музея, Центра королевы Софии, кинотеатр, океанариум и несколько других построек, а примыкает к нему знаменитый парк Гулливер – для детей. Всё это выстроено выдающимся испанским зодчим Сантьяго Калатравой в космических архитектурных формах, которые стали символом Валенсии вообще и передовой науки в частности. Музей вырастает из каскада парков и спортивных площадок, разбитых валенсийцами в старом русле реки Турия, пересекающем город. Посещение музея науки – одна из непременных экскурсионных программ для туристов (впрочем, не только для них). Оказавшись в один из воскресных дней в городе, мы с дочкой решили посмотреть его. Шли пешком, поэтому не рассчитали время и пришли гораздо раньше открытия. Каково же было наше удивление, когда мы обнаружили, что далеко не первые стремимся ознакомиться с научными достижениями – перед музеем стоит толпа людей, которые нас опередили, и больше половины толпы составляют дети!

А когда до открытия оставалось пятнадцать минут, мы увидели, что по направлению к нам от центрального входа движется лавина. Там уже было не разобрать, где взрослые, где дети! Хорошо, что нас впустили раньше. Музеи науки не такое уж чудо. Их сейчас считают своим долгом строить в любом крупном городе любой уважающей себя страны, взявшей курс на инновационное развитие. И в Сиэтле – на севере США, и в Сент-Луисе – на юге, и в Балтиморе – на восточном побережье, и в европейских странах эти музеи составляют гордость города и страны. Про Вашингтонский молл музеев я даже не говорю. Главные посетители этих музеев – дети. Здесь для них создаётся научно-познавательная среда.

Валенсианский музей отличается от виденных мной ранее. Главным образом тем, что экспозиция не размещалась в уже существующем здании, а здание создавалось под экспозицию. Науке было просторно здесь.

Почти все экспонаты представлены таким образом, чтобы детям было интересно. Экспозиция открывается самым главным в Испании – морем. Чем пахнет море, откуда берутся ветра, как работают вёсла – с этим дети знакомятся экспериментально. Таким образом, в процессе познания задействованы все органы чувств. Кстати, все экспозиции могут свободно трансформироваться в пространстве – одна тема отделена от другой специально спроектированными выгородками. В морском блоке есть где посидеть, порисовать, осмыслить увиденное или просто отдохнуть, а то и почитать книгу. Поскольку первый этаж комплекса отведён под вспомогательные службы – киоски сувениров, громадный ресторанный комплекс, – люди сюда приходят на целый день.

На том же самом этаже, где расположен морской блок, имеется ещё несколько павильонов, куда стремятся дети: академия астронавтов, электротеатр, супермены – герои сериалов и, конечно, лаборатория. Здесь можно познакомиться с оптическими и другими свойствами тел. А есть такие павильоны, в которые стремятся взрослые. Это три выставки – выставка именных мотоциклов, выигравших в мировых гонках; выставка, посвящённая материалу, составляющему основную долю экспорта Испании – дереву; а также выставка, посвящённая самопознанию. В этом павильоне человек может проделать все измерения своего организма, начиная от стоп и заканчивая модулем тела. Здесь – всегда очередь. Следующий этаж музея отводится знакомству с испанскими нобелевскими лауреатами. А последний – трём, по мнению учредителей, основным направлениям современной науки: астронавтике, климату и хромосомам. Последняя композиция так и называется – «Лес хромосом». В каждой витрине представлен и изобразительный, и текстовой материал. Но основная составляющая – экспериментальная. «Лес хромосом» меня покорил. К сожалению, описания этих выставок отсутствуют в книжном магазине музея. Это – довольно распространённый случай.

Тем не менее с продолжением этой темы мы столкнулись в Барселоне, где, прячась от дождя, забежали на выставку, организованную историческим архивом города. Выставка меня потрясла. Её размер не превышал одного зала площадью с обычную комнату. Выставка называлась «Апокалиптика» и была посвящена гигантской работе, которую ведёт архив вовсе не столичного городка в Испании. Суть этой работы заключается в следующем: поскольку в Барселоне сохранился городской архив с XIII века, а также сохранились архивы многочисленных госпиталей, здесь исследуются заболевания, которыми болели жители города, и выясняется, какие из них являются наследственными, а какие – нет. Проверяют правильность юридических данных о смерти того или иного жителя и, наконец, проводят анализ ДНК, если останки сохранились.

Не надо быть гадалкой, чтобы сказать, что в Испании в скором времени появятся ещё нобелевские лауреаты. Конечно, отрадно думать, что Россию всё время «подсиживают» в вопросе Нобелевских премий, тем более что такие прецеденты были. Но… надо сказать, что неправильно понятый курс на практическую науку, конечно, уничтожил фундаментальную науку, но и практической не создал. Фундаментальные исследования должны быть. И, как мы видим, на них не жалеют ни сил, ни денег. Но вернёмся к инновационной экономике. Когда-то, на заре перестройки, подобный музей науки пытались сделать на ВДНХ в абсолютно не приспособленном для этого Главном павильоне. Заслуга в этом принадлежит энтузиасту-одиночке В. Махоткину, руководившему тогда этим отдельно взятым павильоном. Но потом оказалось, что в торговлю инвестировать выгоднее, чем в науку. И павильон надолго превратился из центра, куда начали стекаться мальчишки и девчонки, в торговый ларёк. Сейчас политика развития ВДНХ изменилась, но к науке это отношения не имеет. Последний же указ о переоборудовании Политехнического музея хотя и свидетельствует об интересе правительства к науке, но в целом – вреден, так как разрушит хороший музей истории науки, а музея, который одновременно стал бы символом, достойным инновационной столицы, не создаст. Можно сказать, что инновационная экономика начинается с детства, с образования, с музея, с того момента, когда малыш удивился и задумался. Потом возникают другие стимулы, но это потом. Другого пути – нет.



Оглавление

COPYRIGHT © 2005-2014 | сопровождение сайта www.astramarketing.ru
Рейтинг@Mail.ru