ВАТАНЫМ
Об обществе
Правление
История
Программы
ТАТАРСКИЙ МИР
О газете
Структура
Архив
Редсовет
ВОСТОЧНЫЙ СВЕТ
О журнале
Структура
Архив
Редсовет
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
ПАРТНЕРЫ
АВТОРЫ
ПОДПИСКА

ДЕТИ ОДНОГО НАРОДА

Масгуда Шамсутдинова


Всё больше наших соотечественников перебирается через океан в надежде почувствовать себя гражданами мира. Кому-то это удаётся лучше, кому-то хуже... Набирается сегодня такого опыта и татарский композитор Масгуда Шамсутдинова. О своей Жизни в Америке она рассказала в недавнем интервью для газеты «Республика Татарстан» и там же обмолвилась о предстоящем её концерте в Нью-Йорке, который организует Ассоциация американских татар (АТА). И вот на днях мы вновь связались с возвратившейся в Сиэтл М. Шамсутдиновой и попросили её поделиться своими нью-йоркскими впечатлениями о встречах с соотечественниками.


Это был мой первый полёт в пределах Америки. Несмотря на то, что ежедневные звонки из Нью-Йорка успокаивали, будто это проще пареной репы – прилететь в Нью-Йорк по заказанному электронному билету, я всё-таки совершила контрольную поездку в аэропорт Сиэтла. А в день полёта один знакомый татарин сделал мне подарок – привёз денег и сказал, что в Нью-Йорке я могу потратить их в своё удовольствие. А другой знакомый татарин любезно отвёз меня в аэропорт.

Моё место было у окна. Наш самолёт как-то сразу поднялся в небо, и это было странно. Я привыкла, что в России самолёты сначала разгоняются по взлётной полосе, а тут он сразу взмыл высоко в небо. В очередной раз я занервничала, вспомнив, что в аэропорту Нью-Йорка меня будут встречать у места выдачи багажа, а я не знала, как это место называется по-английски. Я обратилась к впереди сидящему мужчине, и через полчаса он наконец понял, чего я от него хочу. Он успокоил меня, сказав, что тоже сдал свой багаж и, следовательно, сможет проводить меня до места его выдачи. Мой попутчик летел в Ирландию через Нью-Йорк, и все шесть часов перелёта мы с ним проболтали. Он оказался хорошим гидом: перечислял названия штатов и прочие достопримечательности, над которыми мы пролетали. Но, честно говоря, я мало что запомнила. Самое главное, что теперь я знала, как называется по-английски то место, где выдают багаж. На прощание мой новый знакомый поинтересовался, нельзя ли ему прийти на мой концерт, но я уверила, что он ничего не поймёт, так как концерт будет на татарском языке.

В аэропорту Нью-Йорка меня встретили Сурайя и Равиль Гайнуллины, учёные из Москвы, которые сейчас живут и работают в Нью-Йорке. Сурайя – двоюродная сестра нашей замечательной певицы Альфии Галимовой, а Равиль, как и я, родом из Башкортостана. Меня они никогда не видели, но у нас была договорённость, что на мне будет алый шарфик, подарок от Президента Шаймиева к Международному женскому дню.

Бурно порадовавшись встрече, мы вышли из зала аэропорта и буквально столкнулись с президентом Ассоциации американских татар Рустамом Борлуча. Он тоже приехал в аэропорт, чтобы пригласить нас к себе на ужин. Там нас ждали его жена Нурия и друзья их дома – Наркиз и Ильдар Агиш. Стол был накрыт по всем правилам татарской кухни, и я буквально набросилась на перемячи.

Было столько расспросов и разговоров, что мы разошлись по комнатам уже за полночь. Надо было выспаться и отдохнуть, так как на следующий день я была приглашена на торжественный приём американской Ассоциации крымских татар. Однако моё предвкушение сладкого сна не оправдалось. До первых петухов Нью-Йорка мы не могли наговориться с Сурайей...

На следующий день к назначенному часу за нами приехал Рустам-эфенди. Мы ехали целый час, и я всё переживала, что мы опаздываем. Неудобно... Рустам рулил, как у себя в Бахчисарае. Я сжималась в своём кресле, так как была уже приучена к строгим правилам на дорогах Сиэтла. Один лишний поворот руля – и уже штраф.

Мы не опоздали. Восток не любит «быстрой езды», и приглашённые тянулись бесконечно. Респектабельные гости радостно общались между собой. Много было детей в национальных одеждах крымских татар. Нас, казанских татар, усадили за отдельный стол. Я была заранее предупреждена, что мне предоставят слово, и от волнения у меня в голове смешались все языки – турецкий, английский, татарский, русский. Волновалась за меня и Нурия Борлуча. Она попыталась обучить меня нескольким фразам на крымско-татарском языке, чтобы ими я начала своё выступление, но в конце концов махнула на меня рукой и сказала: говори по-казански. Меня оставили «на десерт» , и я вышла из положения, сказав свою речь на красивом языке северных татар и исполнив старинную татарскую песню.

На том же вечере меня представили организаторам Всемирного тюркского конгресса, который состоится в следующем году в Нью-Йорке. Я им пообещала, что с удовольствием выступлю с докладом и спою тоже.

Следующий день был самым трудным для меня. Я приехала в Нью-Йорк по приглашению Ассоциации американских татар и понимала, какая сложнейшая задача стоит передо мной, как много разделяет меня и моих слушателей. Прожив часть жизни в Японии, Китае или Турции, они уже давно ощущают себя американцами. И вдруг перед ними я – продукт эпохи развитого социализма... Нас разделяли не только страны – нас разделяли система, социальный строй.

Ну что можно сказать о концерте... Все плакали, и я вместе со всеми. Я им пела колыбельные, которые тысячу лет назад пели бабушки своим внукам, песни любви, смерти. Я читала и пела Тукая, одинаково нами любимого. Я им рассказывала о родине, которую многие из них никогда не видели. И столетний туман, разделявший нас, рассеялся. Мы снова были детьми одного народа.

После концерта состоялось чаепитие с безумно вкусным десертом – женщины-татарки, члены АТА, приготовили его своими руками. А потом меня снова попросили спеть, и я исполнила отрывки из «Байта Сююмбике». Мои новые американские друзья и сами читали стихи, играли на фортепиано, пели. В том числе и неизвестные мне татарские песни, и я пожалела, что не захватила с собой магнитофон.

В тот же день своё драгоценное время мне уделил Рустам Hyp – известный американский художник. Он родом из Менделеевского района, где прошло и моё детство. Я увидела Нью-Йорк глазами художника. Он останавливал машину на известных только ему местах. Алый закат окутывал туманные небоскрёбы, ажурные мосты очерчивали немыслимой геометрией сумерки. Рустам хотел, чтобы я полюбила его видение этого города, которому он посвятил своё творчество. И до сих пор моё воображение возвращается к увиденному образу фантасмагорического города-призрака – так ярко и зрелищно это было.

Нью-Йорк, как и Москва, очень дорогой город. Ассоциация потратила на мои удовольствия внушительную сумму. Мне вручили билеты на бродвейские мюзиклы, в Карнеги-Холл. Кстати сказать, американцы, члены АТА, признались, что у них есть мечта сделать мой концерт в Карнеги-Холле. Меня представили президенту Ассоциации татар Канады, который любезно предложил свою помощь в продвижении татарской музыки в Канаде. Словом, после посещения Нью-Йорка я поняла, что для американских татар нет ничего невозможного.

Не буду описывать прекрасные вечера, проведенные у Агишей, Борлуча, Мирзаяновых, Багаутдиновых, Гайнуллиных, Каняевых, Рукии-ханум и её дочери Сайды, где меня представили княгине Кугушевой, и т.д. Мы говорили, говорили и не могли наговориться. Это общение доставило мне такую радость души, что я почувствовала большую ответственность перед американскими татарами как художник. Они и сами мне говорят: в Татарстане 50 композиторов, а ты у нас одна на весь континент. Они приняли мою музыку, к моему приезду был выпущен компакт-диск, который я назвала «Мифы из страны татар» (по-английски это звучит лучше). Его презентацией и стало моё выступление в Нью-Йорке. На память о нашей встрече я также подарила членам Ассоциации свою книгу «Время, пропущенное через сито», посвященную истории и этнографии древнего татарского села Нижняя Мактама. Её вдохновителем я считаю известного нефтяника Марса Залятова, который и сам родом из этого села.

...В самолёте усталость навалилась пудами, и я сразу уснула. А проснулась, когда объявили, что через двадцать минут мы будем в Сиэтле. Под нами распростёрся «изумрудный город» (так его американцы называют), вечно зелёный город, где всю зиму цветут розы. Город, расположенный между каскадами высоких гор с белоснежными вершинами, куда Тихий океан приносит свой свежий ветер. Индейские резервации... Многочисленные озера, реки, водопады, термоисточники, окутанные алым туманом. Видимо, этот Алый туман начинается от нас и опоясывает весь земной шар через Аляску («алая вода»), Алтай («розовый жеребенок»), Урал («розовая страна»), Альпы («розовый занавес»), Альбрус и т.д.

В полёте над Сиэтлом, как молитву, я повторяла про себя слова вождя племени думавишей, в честь которого назван город и в центре Сиэтла стоит памятник. Я помню эти слова наизусть: «Одно мы знаем твёрдо, и белый человек придёт к этому знанию: у нас один и тот же Творец. Наша Земля для Него – драгоценность, и причинить вред Земле означает высказать презрение к её Создателю... Когда последний краснокожий покинет Землю и память о нём станет только тенью облака, пролетающего над прериями, эти берега будут по-прежнему хранить дух моего народа, ибо мой народ любит Землю так, как новорожденный любит сердцебиение матери... Священна каждая частичка Земли. Каждая сосновая иголка. Песчаный берег. Дымка в дремучем лесу. Легкая прогалина. Каждое жужжащее насекомое священно в памяти и жизненном опыте Человека».



Оглавление

COPYRIGHT © 2005-2014 | сопровождение сайта www.astramarketing.ru
Рейтинг@Mail.ru