ВАТАНЫМ
Об обществе
Правление
История
Программы
ТАТАРСКИЙ МИР
О газете
Структура
Архив
Редсовет
ВОСТОЧНЫЙ СВЕТ
О журнале
Структура
Архив
Редсовет
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
ПАРТНЕРЫ
АВТОРЫ
ПОДПИСКА

РЕНАТ СУЛЕЙМАНОВИЧ АКЧУРИН

И.К. Комаров


В рубрике «Моя семья» будут помещаться статьи о семьях, которые внесли вклад в историю страны. Рубрика открывается статьёй И.К. Комарова, которая была опубликована в его воспоминаниях «Моя телефоная книга». Автора книги и семью Акчуриных связывают свыше тридцати лет дружбы, которая завязалась в далёких Кордильерах.


Ренат пришёл в Перуанский отряд будучи студентом Первого медицинского института имени И.М. Сеченова. Доброжелательный, спокойный, работоспособный в любой ситуации.

Первый выезд в город Уайлос. Сложилась трудная ситуация с медикаментами. Они были утрачены вместе с погибшим над Атлантическим океаном «Антеем». Пришлось пользоваться лекарствами, направленными в Перу другими странами. Не все врачи были знакомы с ними, не говоря уже о студентах. Русского перевода инструкций нет, не хватает переводчиков, чтобы разобраться с завалами доставленных из многих стран медикаментов. Ренат Акчурин в поисках необходимых медикаментов начал вчитываться в тексты аннотаций к неизвестным лекарствам, грудами сваленным в некоторых помещениях, соотносишь их с отечественными аналогами. Дело пошло. Вскоре к нему присоединились другие. Через некоторое время все лекарства, лежавшие мёртвым грузом, пошли в дело.

Ренат одним из первых начал общаться с пациентами без переводчика. Помогло знание латыни. Сто перуанских дней и ночей в полевых условиях стали хорошей практикой начинающему врачу. Некоторые операции приходилось делать на раскладушке, используя свечу и подручные инструменты в качестве операционных. Были и неизвестные болезни – «перуанская бородавка', «укус поцелуйного клопа» и многие другие с такими же экзотическими названиями, в которых нашим врачам ещё предстояло разобраться.

По возвращении из Перу Акчурин попал во вновь организованное академиком О.В. Петровским и профессором В.С. Крыловым отделение микрохирургии в 51-й больнице г. Москвы. В отделении подобрались молодые врачи, такие же энтузиасты своего дела, как и их учитель профессор Крылов. Наряду с повседневными экстренными операциями отделение занималось разработкой новых методов оперирования, а также новых инструментов и приборов для этих операций.

Врачи отделения спасали сотни людей, получивших страшные производственные и бытовые травмы. Приживляли отсечённые конечности, восстанавливали деятельность микроскопических сосудов, исправляли другие дефекты тела, требовавшие микрохирургического вмешательства. Именно Акчурин успешно провёл сложную операцию по восстановлению правой кисти известному конструктору-ракетчику Челомею.

Однажды Ренат зашёл ко мне посоветоваться по делам своего отделения (автор в то время работал инструктором отдела строительства ЦК КПСС. – Прим. ред.).

Показал альбом со снимками уникальных, по моему мнению, операций.

Ренат рассказал, что с возникающими проблемами отделение справляется. Однако есть один вопрос, который самостоятельно он решить не может. У него имеется хорошая трёхкомнатная квартира. Она расположена за ВДНХ – в часе езды от 51-й больницы. В экстренных случаях, когда необходимо немедленное хирургическое вмешательство, требуется почти два часа, чтобы доставить хирурга к операционному столу. А в микрохирургии, если человек, например, потерял руку или ногу, чем меньше пройдёт времени от ЧП до операции, тем больше шанс на успех.

Все попытки поменять квартиру на аналогичную, но поближе к месту работы, успеха не имели. Многочисленные обращения в Райсовет, в Моссовет оказались безрезультатными. Зная щепетильность Рената, я понимал, что только острая необходимость заставляет его обивать пороги.

Я обратился ко второму секретарю МГК КПСС Юрию Алексеевичу Белякову (первым секретарём тогда был Б.Н. Ельцин), описал ситуацию. Беляков ответил:

– Знаешь, я человек в Москве новый и обращаться в Моссовет с квартирными просьбами мне страшно не хочется. Давай сделаем так. Я попрошу заместителя Промыслова принять Акчурина, и пусть он сам решает.

Но вопрос так и не был решён.

В турлагере слева направо: академик РАМН Р.С. Акчурин, член-корреспондент РАН, академик РАМН В.Н. Смирнов, академик РАН и РАМН М.И. Давыдов
и Наталья Акчурина - жена кардиохирурга

В то время директор Государственного кардиологического научного центра академик Евгений Иванович Чазов неоднократно предлагал Акчурину возглавить отделение хирургии ГКНЦ. Не чувствуя поддержки отделению микрохирургии со стороны властей, Акчурин принял предложение Чазова. Вместе с ним в ГКНЦ перешёл весь коллектив микрохирургов. Их опыт был применён в методике сердечных операций, существенно повысив их надёжность.

Акчурин широко использовал знания и методы микрохирургии сосудов в кардиохирургии. Дополнительные знания, приобретённые в Донарском колледже медицины в Техасе у доктора Дебейки, позволили Ренату стать одним из ведущих хирургов мира. Отделение сердечно-сосудистой хирургии, возглавляемое Акчуриным, одно из первых начало оперировать больных с комбинированной патологией.

В ГКНЦ это делают лучше, чем в других операционных страны. Об этом мне рассказывала заведующая вторым хирургическим отделением Медицинского Центра Управления делами Президента РФ Нина Александровна Пох – заслуженный врач республики. В её отделении проходят реабилитацию пациенты из кардио-хирургических отделений больниц Москвы. Нина Александровна убеждена, что больные, поступавшие из ГКНЦ, выгодно отличаются от тех, кто поступает из других медицинских центров.

Из бесед с Ренатом я многое узнал о состоянии отечественной медицины, о её достижениях и провалах. В Российской Федерации в последние десятилетия XX века особенно негативные изменения претерпели показатели смертности и рождаемости. Если в 1980 году в России рождалось 2,2 миллиона человек, то в 1996 году – только 1,25 миллиона. В 1999 году естественная убыль населения приблизилась к 1 миллиону в год, а в 2000-м – перешагнула этот порог. Такая статистика отражает процесс депопуляции со скоростью и интенсивностью, характерной для периодов войны. Превышение смертности над рождаемостью характерно для 77 субъектов Российской Федерации, где проживает свыше 90 процентов населения страны.

Наибольшие потери наше общество несёт в результате болезней сердечно-сосудистой системы, новообразований, травматизма и отравлений, детской патологии, болезней дыхательной системы, инфекционных заболеваний. Распространённость сердечно-сосудистых заболеваний за последние пять лет увеличилась на 21 процент (из расчёта на 100 тысяч населения), из них гипертоническая и ишемическая болезни сердца – на 24 процента. Выросло число больных с врождёнными аномалиями сердца и сосудов, особенно среди детей и подростков.

Сердечно-сосудистой хирургии отводится важная роль в борьбе с болезнями сердца. Однако количество операций при патологии сердца и сосудов в общем объёме хирургической помощи составляет соответственно только 0,4 и 1,8 процента.

Потери от травматизма и ортопедических заболеваний ещё более значительны. Так, например, в 1997-1998 годах от травм пострадало более 12 миллионов человек, от ортопедических заболеваний – свыше 10 миллионов. И эти цифры увеличиваются с каждым годом. В общей структуре заболеваемости с временной утратой трудоспособности травматизм и заболевания опорно-двигательного аппарата занимают соответственно второе и третье места.

Перед медицинской наукой и практикой встаёт задача по разработке и внедрению в практику достигнутых научными коллективами новых методов профилактики, диагностики и лечения наиболее распространённых заболеваний.

Для успешного развития медицины высоких технологий необходимо осуществить мероприятия по укреплению и переоснащению основных производителей высоких медицинских технологий и созданию оптимального механизма реализации высоких медицинских технологий.

Сегодня в России есть все предпосылки для внедрения высокотехнологичных средств и методов в практику здравоохранения. Учёными Российской академии наук и Российской академии медицинских наук разработаны приборы и инструменты, позволяющие производить тончайшие операции на всех органах и тканях, независимо от природы заболевания (атеросклероз, опухоли, политравма, болезни уха, горла и носа, эндокринные заболевания и т. д.). Однако эти операции остаются малодоступными. Поэтому отдельные успехи учёных-медиков локализуются в платных клиниках и практически не отражаются на показателях качества жизни и её продолжительности в масштабах всей страны.

Надо сказать, что после операции Борис Николаевич Ельцин психологически постоянно нуждался в присутствии Акчурина. От Рената исходит такая аура надёжности, что к нему тянутся многие люди. Мне Ренат, естественно, не рассказывал, сколько времени он находится у президента. Я узнал об этом случайно, от его жены Наташи.

В 1998 году проводилось торжественное мероприятие, посвящённое 80-летию комсомола. Желающих попасть на него было во много раз больше, чем позволяли возможности помещения. Заявки оргкомитета о предоставлении для этой цели Кремлёвского Дворца съездов и Колонного Зала Дома Союзов правительством не были удовлетворены.

Спасибо московским властям, они предоставили для празднования киноконцертный зал «Россия».

Разместить там всех приглашённых было невозможно. Поэтому медицинскому отряду, направленному в своё время комсомолом на помощь перуанскому народу, достался один билет, который мы решили вручить Акчурину.

На другой день Наташа мне сказала:

– Илья Константинович, я и так не вижу мужа. Он вечно то на совещании, то где-то сопровождает Ельцина, а тут Вы его на какие-то мероприятия умыкаете.

После этого мы старались на все мероприятия приглашать Акчуриных только вместе.

В те годы, когда Ренат входил в ближайшее окружение Ельцина, он поведал о бедах медицины и о её возможностях президенту.

На охоте с друзьями. Слева направо: егерь, В.И. Титов, Е.И. Чазов, Р.С. Акчурин
и М.И. Давыдов

В декабре 1997 года был подписан Указ Президента Российской Федерации № 536 РП, согласно которому были даны поручения о создании Российского центра медицины высоких технологий в форме ассоциации, а также Института хирургии высоких технологий в организационно-правовой форме Федерального государственного предприятия и о разработке Федеральной целевой программы (ФЦП) «Медицина высоких технологий'!

В январе 1998 года вышло Постановление Правительства № 53 «О разработке ФЦП «Медицина высоких технологий» и создании Института хирургии высоких технологий. Генеральным директором этого института был назначен Ренат Акчурин.

В ноябре 1998 года Постановлением Правительства № 1391 Программа была утверждена.

Вскоре после выхода постановления правительства о разработке ФЦП я снова разговаривал с Ренатом. Он рассказал, что ему позвонила Наина Иосифовна Ельцина и попросила его отказаться от программы «Высоких технологий', требующей, по её словам, крупных средств. Акчурин придерживался иной точки зрения. Свои соображения он высказал ей, попытавшись объяснить жене президента, что обеспечить внедрение в современную медицинскую практику достижений медицины высоких технологий на данном этапе развития здравоохранения – задача архиважная.

После разговора прошло более двух лет. Программа, утверждённая правительством Евгения Примакова ещё в 1998 году, так и не покинула стены Дома Правительства. Борису Николаевичу, видимо, никто не сообщил об этом. Попытки Акчурина простимулировать выполнение Программы закончились лишь регистрацией «Института хирургии высоких технологий', передачей ему старого здания, принадлежащего Минимуществу. Впрочем, спустя некоторое время то же Минимущество здание отобрало. Ни прежний президент, ни бывший председатель правительства Черномырдин В.С., успешную операцию на сердце которого также сделал Акчурин, ни бывший председатель правительства Е.М. Примаков не сделали ровным счётом ничего для практического воплощения важнейшей для страны программы в жизнь.

С великим учителем Майклом Дебейки

Причины невыполнения государственными мужами собственных решений мне казались необъяснимыми. Лишь значительно позднее закулисная история этого дела всплыла на страницах газеты «Московский комсомолец'. В статье Александра Хинштейна «Собачье сердце первого президента» говорилось: «...через полтора года после операции президент выгнал Акчурина, человека, которому он обязан жизнью, из постоянного кремлёвского консилиума. Почти одновременно с ним от тела были отлучены практически все медицинские светила, служившие Ельцину верой и правдой. Академик Воробьёв. Профессора Мартынов и Гогин. Зам. руководителя президентского медцентра Вторушин. Личный врач Григорьев, который лечил его 18 лет. Причин никто не объяснял, но многое было понятно и так. Все вышеперечисленные врачи давно уже вызывали неудовольствие «семьи»... Они не делали скидок на высокий чин президента и требовали неукоснительного исполнения их рекомендаций (например, не пить).

А тем временем на небосклоне кремлёвской медицины загорелась новая звезда. Лечащим врачом Ельцина стал Андрей Фесенко, педиатр по специальности. Стараниями «семьи» его назначили первым заместителем руководителя президентского медцентра. Отнюдь не в силу высокого профессионализма (старческие болезни не имеют ведь ничего общего с ветрянкой и коклюшем). «Семье» пришлись по душе его покорность и управляемость. И ещё он хорошо лечил президентских внуков..» Дальше Хинштейн описывал, как нынешний фаворит ввёл в «семью» профессора Геннадия Сухих, который начал омолаживать президента, делая регулярно специальные уколы. Суть этого метода заключается в следующем. Из органов человеческих эмбрионов берутся ткани и обрабатываются определённым образом. Полученная субстанция затем вводится в организм. Пересаженные юные клетки якобы замещают старые и больные.

В конце 2001 года группа академиков, крупнейших Российских учёных, среди которых был и Ренат Акчурин, обратилась с письмом к вице-премьеру В. Матвиенко, куратору Минздрава РФ. В письме высказывалось беспокойство по поводу легализации в стране запрещённых во всем мире медицинских процедур. Не без участия инициаторов вышеназванного метода, рассмотрение письма учёных затянулось надолго. Одновременно были заблокированы все работы по развёртыванию медицины высоких технологий.

Остаётся надеяться, что вокруг разработчиков программы высоких технологий сформировался костяк из людей, много сделавших для науки и уверенных, что их научные разработки будут востребованы не только теми, кто имеет деньги, но и всем обществом.

Реализация программы позволила бы удешевить и ускорить лечение многих болезней. Так, до сих пор люди, страдающие от грыжи межпозвоночных дисков, вынуждены прибегать к тяжелейшей операции, на длительное время выбивающей их из активной жизни. Реализация ФЦП позволила бы обеспечить лечение с помощью эндоскопа, ультразвука и лазера. Никаких разрезов. Для выздоровления больному после подобной процедуры потребовалось бы от трёх часов до трёх дней.

Внедрение высокотехногенной ангиопластики, предусмотренное программой, позволило бы восстанавливать проходимость сосудов, избавить людей от атеросклероза, операций по шунтированию, других тяжёлых операций.

Высокие технологии позволяют устранять дефекты плода ещё до рождения ребёнка.

Это только незначительная часть намеченных к внедрению мероприятий программы. Так почему же она не внедряется в жизнь? Дежурный ответ «у государства нет денег» уже не может убедить общество. Если нет денег на самое дорогое – здоровье, то зачем нам растущие как грибы новые офисы банков, шикарные ведомственные гостиницы, супермаркеты и сверхдорогие машины, частные дворцы, занимающие водоохранные зоны и используемые хозяевами считанные дни в году? Может быть, общество просто неправильно использует имеющиеся средства, и не пора ли вовремя это поправить, чтобы спасти здоровье нации?

Как-то дотошный корреспондент долго ходил вокруг да около, пытаясь выяснить отношение Акчурина к компартии.

Ренат ответил: «Ну, что вы крутитесь! Хотите узнать сжёг ли я свой партбилет? Не сжигал и не сожгу. Билет хранится у меня в сейфе. Партия – это часть истории, нашей страны, а любая часть моей истории мне дорога».

Несмотря на то, что я с пристрастием всегда следил за всеми статьями о нём, что-то не видел, чтобы эти слова Рената были опубликованы.

Надёжной опорой Рената и фактическим руководителем семьи является Наташа. Ренат вечно в делах, в поездках, в работе.

23-летняя красавица из Молдавии и парень из Андижана познакомились в Перуанском отряде. В далеком Уайлосе зародилась их дружба. От Наташи и сейчас нельзя оторвать глаз, а в те годы она была просто мадонной! К ней на приём несли малолетних детей, которые тут же затихали, оказавшись у неё на руках, и начинали реветь, если их забирали.

Возвратившись из Перу, Наташа закончила Второй медицинский институт им. Н.И. Пирогова, а в 1974-м, уже став хозяйкой дома, клиническую ординатуру на кафедре детской офтольмологии. С 1974 по 1977 работала офтальмологом в Реутовской центральной больнице. С 1977 года по настоящее время работает офтальмологом детского консультативного поликлинического отделения Московского научно-исследовательского института им. Гельмгольца. С 1990-го – врач высшей квалификационной категории по детской офтальмологии и педиатрии.

На плечи этой, внешне хрупкой, женщины легла тяжёлая ноша – забота о муже, сыновьях и брате, которую Наташенька с честью несёт. Наташа удостоена высшей награды Перу – Ордена Командора.

Наш бессменный тамада на сборах отряда Владлен Трошкин, предоставляя слово Акчурину, всегда говорит: «Самое прекрасное, что есть у Рената Сулеймановича, это Наташа». Наташа – общая любимица отряда.

В августе 2001 в Казани состоялось открытие международной научной конференции «Великий Волжский путь». Меня пригласили принять в ней участие.

Организатором конференции стал Казанский городской совет народных депутатов (Татарстан не поддался массовому психозу по созданию мэрий и парламентов).

Открытие памятника погибшему экипажу "Антея" на Русской площади. Перу, 1970 год. На переднем плане Наталья Живилова (будущая жена Рената Акчурина)

На пленарном заседании присутствовал Минтимер Шаймиевич Шаймиев. В перерыве я подошёл к нему и вручил книгу о перуанском отряде. Показал фотографии Рената Акчурина, рассказал о поездке в Лиму в 2001 году по приглашению правительства Перу группы врачей отряда. Рассказал, как огорчены были перуанские врачи, ожидавшие, что в составе делегации будет медик, сделавший на сверхпоношенном миокарде президента сложнейшую операцию. (К моему удивлению перуанские врачи хорошо были осведомлены о том, о чём мало кто знал из российских специалистов).

Пояснил Шаймиеву, что Акчурин не поехал, так как дата отъезда в Перу совпадала с датой, когда в государстве Маврикий проводилась церемония по присвоению улиц одного из городов названия «Авеню профессора Рената Акчурина». А у нас даже в Татарстане об этом никто не ведает. Шаймиев лукаво улыбнулся и сделал вид, что намёка не понял.

Конференция была многодневной. Она проходила на теплоходе «Максим Горький», спускавшемся от Казани до Астрахани. На теплоходе проводились заседания секции. На остановках во всех областных центрах, лежащих на берегах Волги, проходили пленарные заседания.

Как-то во время перерыва стихийно собралась группа участников конференции, в том числе Сигурд Оттович Шмидт, известный учёный, сын легендарного Отто Юльевича Шмидта, Рауф Магомедович Мунчаев, член-корреспондент РАН, директор Института археологии, Усманов Миркасым Абдулахатович, академик АН РТ, заведующий кафедрой истории татарского народа Казанского госуниверситета.

Миркасым Абдулахатович руководил экономической секцией конференции. Когда общая тема разговора была исчерпана, Усманов вдруг спросил, о чём я так долго беседовал с Шаймиевым. Разговор перешёл на Акчурина. И я, человек, который хорошо знает историю семьи, узнал о нём много нового. Мне рассказали, что род Акчуриных ведёт свою историю вовсе не из Андижана, как я считал. Он происходит от Касимовских князей, принятых на службу Иоанном III, который и дал им в вотчину Касимовские просторы. Гораздо позднее ветвь Акчуриных оказалась в Андижане.

Старший брат Рената – Расим Сулейманович – генерал-лейтенант, известный военачальник Советской Армии в 1970-1980-е годы. В настоящее время один из признанных лидеров татарской диаспоры в России.

Кстати, на конференции была озвучена тема латинизации татарской письменности. Государственный советник Шаймиева, директор Института истории АН РТ Хакимов Рафаил Сабгатович, как мне показалось, несколько односторонне обосновал необходимость проведения такой реформы. Я далёк от этих проблем, но настойчивое стремление отойти от кириллицы и перейти на латиницу вызывало протест как у меня, так и у многих других участников. Присутствующие московские учёные в спор не ввязывались, но сомнение в полезности такой реформы в их выступлениях звучало.

Вернувшись в Москву, я позвонил Ренату и рассказал про латинизацию. Ренат резко высказался против реформы письменности. Такой же позиции придерживаются крупнейшие учёные-татары, независимо от места их проживания, в Татарстане, в других регионах России, в странах СНГ или далекого зарубежья. Это стало очевидным из их письма, озвученного средствами массовой информации. Среди подписавших письмо были Ренат и Расим Акчурины.

Мне всегда импонировала позиция Рената. Мягкий и уступчивый человек, он по принципиальным вопросам никогда не идёт на компромисс.

Россия держится на таких людях.



Оглавление

COPYRIGHT © 2005-2014 | сопровождение сайта www.astramarketing.ru
Рейтинг@Mail.ru